понедельник, 10 августа 2015 г.

Шевелев, М. Последовательность событий : повесть / М. Шевелев // Знамя. - 2015. - № 6. - с. 53 - 107

Сколько раз я ей говорил: давай вызовем мастера, пусть нарастит кабель, чтобы на кухне можно было второй телевизор поставить. Так и так вся жизнь там происходит, а телевизор в комнате стоит, и либо надо его на полную громкость включать, либо прислушиваться, как охотничьи собаки, чтобы не пропустить что-то важное.
Она: вот возьми и вызови. А когда? В восемь ушел, в восемь пришел, и это еще если повезет, а выходные тратить на ожидание …мастер будет в течение дня… глупо как-то. Ладно, в конце концов уши навострим. Или пусть орет, пока соседи не пожалуются.
В тот день мы вернулись с работы рано, еще до восьмичасовых «Вестей». Танька объявила себя живым трупом, который можно вернуть к жизни, только если немедленно, вот прямо здесь и сейчас, налить ему, трупу, рюмку коньяка, не заморачиваясь никакой закуской, а после этого она пойдет и в кои веки раз упадет перед телевизором, а весь ужин будет на мне. Картошку пожарить, салат сделать, сыр, карбонад, если ты хочешь, а я не буду, и так после Нового года лишних полтора килограмма образовались, маслины не забудь и сунь бутылку белого в морозильник хоть на пять минут, все-таки праздник … доступно среднему уму? А меня — временно не кантовать.
Это, конечно, мифы и легенды проспекта Вернадского — насчет раз в жизни приготовь ужин ты, а я побуду королевой бала. Да уж никак не реже тебя я этим занимаюсь, не надо песен. И совершенно мне это не в тягость, а наоборот, дорогая, выражаю я тебе таким нехитрым способом свою любовь и нежность. А то, что ты моего бытового подвига, совершаемого во имя наших чувств, не замечаешь, это ранит меня глубоко… нет, натуральный же подвиг, где вот, например, солонка?... маньяк ты, Таня, вечно все перепрятываешь… ну и ладно, будешь несоленую картошку жрать… ну, нормальный человек мог ее в такое место засунуть, спрашивается?
Заставка к «Вестям» заиграла, восемь, значит. Сделай погромче, я тоже послушаю!
Тут позвонил Палыч, который по неколебимой советской привычке смотрит в девять программу «Время», а сейчас ему приспичило поделиться анекдотом, и я решил, что черт с ними, с новостями, Танька потом все равно перескажет, а Палычу я перезвонить обязательно забуду, и он обидится. Дверь в комнату закрыл, трубку к уху плечом прижал, продолжаю салат рубить — давай твой анекдот. Казарменный, предупредил Палыч, но смешной. Что казарменный, так от вас, гинекологов, другого никто и не ждет, а насчет смешного — проверим. Кстати, я к тебе девушку присылал позавчера — ее анализы когда будут готовы? Ага, понял, и не забудь, пожалуйста — я к тебе никого не присылал, ты меня вообще не видел и не знаешь, а теперь давай к делу. Да не имею я к ней никакого отношения, подруга приятеля, просто чтобы не было лишних разговоров… Анекдот оказался длинный, действительно казарменный, и несмешной, но я заржал, чтобы не расстраивать Палыча.
Я стоял спиной к двери, ведущей из кухни, и обернулся даже не на Танькино «Паша!», а за секунду до этого почувствовал — что-то не так, слишком резко она встала — только что мирно полудремала на диване и вдруг подскочила, рванула дверь… «Перезвоню, Палыч», — сказал я, по одному ее выражению лица уже понимая — беда. Она смотрела на меня так, как смотрят на врача, который только что рассказал тебе о смертельном диагнозе — со страхом, отвращением и глубокой жалостью к себе.

Первое, что я подумал, — конец, я забыл выключить компьютер, не вышел из почты, она полезла, нашла Сонькины письма, и это настоящий конец всему, ни за что она мне не поверит, да и никто бы не поверил. «Там… тебя…» — голос был хриплый, сдавленный, чужой. Таня показала в сторону комнаты, руки у нее тряслись. Ну точно… твою же мать… каким же надо быть придурком, чтобы с утра не проверить компьютер… и эта коза со своими письмами… ведь сказано уже все… Опустив голову, я пошел в комнату.
Компьютер был выключен. Работал телевизор. Я выдохнул. Что случилось, спрашиваю. Слушай, говорит. Не говорит, хрипит. На кухне зазвонил телефон. Не бери, слушай. Да что такое стряслось-то, третья мировая, что ли, началась?
Выпуск вела Ирка Перегудина, яркая брюнетка, на практике у нас была на втором курсе, неглупая, между прочим, девчонка, непонятно, как ее занесло в этот зверинец, а с другой стороны, чего удивляться, время такое, порядочных редакций осталось две с половиной штуки, да и те загибаются от безденежья. Это я еще успел подумать с облегчением, отходя от напрасного испуга, а когда вслушался в то, что говорила Ирка, стало мне не до нее, да в общем и ни до чего.
«…неизвестные… Храм Богоявления в подмосковной деревне Никольское… заложники… есть дети… требования не предъявлены… предложили направить переговорщиков…» О, господи… ведь уже восемь лет ничего такого не было, после Беслана… А потом я услышал свою фамилию. И еще одну, тоже знакомую.
Теперь непрерывно звонили оба телефона, мой и Танькин. Досмотри, сказала она. «…одновременно в Интернете была опубликована видеозапись, на которой один из участников захвата храма рассказывает о предстоящем нападении…» На экране появился скриншот — блондин лет тридцати. Так… теперь понятно, откуда мы с Женькой взялись в этом кино. Вадик. Не пропал, значит. Живой.

Уважаемые читатели, напоминаем: 
бумажный вариант журнала вы можете взять
в Центральной городской библиотеке по адресу:
г. Каменск-Уральский, пр. Победы, 33! 
Узнать о наличии журнала 
в Центральной городской библиотеке им. А.С. Пушкина
вы можете по телефону: 32-23-53 
Открыть описание

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...
Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...
Новинки on PhotoPeach

Книга, которая учит любить книги